БЕСПЛАТНАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ ПО ТЕЛЕФОНАМ:
Россия
Москва и область
Санкт-Петербург и область
Многоканальная бесплатная горячая линия

Москва и МО
С-Петербург и ЛО
Бесплатный звонок по России

Адвокат громов марина

И вот сегодня было фактически третье заседание…

Я. Розова― Вчера.

М. Громова― Ой! Вчера. Да. Значит, его соответственно должны были этапировать из СИЗО. А поскольку, значит, у нас там есть адвокаты, которые ходят каждый день, поскольку там действительно оказывается давление, значит, я утром созвонилась с адвокатом, который находится в Сергиевом Посаде, Харитоновой Кристиной. Она мне пояснила, что ее в СИЗО не пустили к Карамзину, пояснив, что его уже приготовили вывозить. Она не ушла, поскольку мы ожидали какой-то провокации. Поскольку перед этим, когда за день до этого, до вчерашнего числа, то есть 24-го числа ему отказались передавать одежду, и ему сменили сокамерника. То есть подселили вместо вот пожилого человека, который всё время с ним находился, ему подселили какого-то ненормального, грязного и непонятного. Всю ночь ему не давал спать.


Громова― Да.

Я. Розова― … нехорошо.

М. Громова― Ему было явно нехорошо. А судья продолжала вести процесс. Соответственно там присутствовал брат Кантемира, родной брат старший.

Инфоinfo
Он сразу обратил на это внимание. Возглас у него был: «А Кантемиру плохо!» Судья грозно ему сказала, что типа не мешайте, значит, вести заседание. Я сейчас… Я Вас сейчас удалю. Я поняла, что мне сейчас нельзя ничего сказать. Я дождалась момента, когда нам в предварительной части заседания дали выступить.

Соответственно я встала и сказала, что я прошу дело, слушание отложить, объявить там, я не знаю…

Я. Розова― Перенести.

М. Громова― Перенести. Да. Поскольку мне понятно, в каком состоянии находится Карамзин.
Вызывайте скорую. Связывайтесь с изолятором. Нет… нет доставки, нет справки. У нас он не в федеральном розыске.

Вниманиеattention
Кантемир, значит, Карамзин молчит. Вы продолжаете слушать дело. Документов опять говорит, что он болеет или в розыске, нет. А вообще в чем дело? Мы считаем, что Вы заинтересованы в исходе дела, и соответственно мы заявляем вам отвод.

А люди там скандировали «Свободу Кантемиру!» Документы нам какие-то там подвезли. Мы просили объявить перерыв. Короче говоря, вот этот отвод в итоге привел к тому, что она ушла наконец в совещательную комнату, потому что ей надо было разрешить этот отвод на себя. Вот. Соответственно мы вышли за документами. Нам там привезли петицию, подписанную больше 8 тысяч человек. И я позвонила, тут же позвонила в Сергиев Посад и сообщила вот как раз Кристине, что происходит, чтоб она срочно обратилась к уполномоченному по правам человека. А на тот момент уже, всплыла справка, что якобы именно 25 ого в СИЗО номер 8 объявили карантин…

Я.

То есть было оперативное сопровождение вновь сотрудников. Меня это в принципе не удивило, поскольку Карамзин, я расскажу позже, он постоянно на это жаловался. Короче говоря, мы прошли. Кроме сотрудников мы увидели очень много приставов.


Важноimportant
Их было очень много. Нам пояснили, что заседание. Журналисты заранее подали на имя председателя суда вот эти заявления на аккредитацию. Присутствовали журналисты, стояло много приставов. В общем, нам в итоге сменили зал. Нам сказали, надо ходить на второй этаж, насколько я помню, 25 кабинет.

Значит, приставы никого не пускали. Мы пояснили, что мы адвокаты. После этого нас впустили.

Я. Розова― То есть на заседании присутствовали, ну, только адвокаты?

М. Громова― Да, я поясню. Мы когда прошли, я не поняла, очень маленький зал.
Соответственно я увидела опять, что сидят сотрудники.

Задержали его на пороге в арбитражный суд города Москвы, где проходило, – да? – как он сказал, написал в протоколе допроса, последнее заседание по делу о признании недействительным договора о передаче акций строительных компании. Карамзин представляет интересы канадского бизнесмена Марка Ричардса, значит, который инвестировал в строительные компании в районе 240-241 миллион швейцарских франков. Это произошло, как я поняла, где-то в районе 2000-х годов.

Значит, господин о котором пояснял, как я поняла, я арбитражами не занимаюсь, вот просто постольку, поскольку это фигурирует в протоколах допроса, значит, я знаю, чтобы не отдавать этот долг, строительная компания была разделена на пять маленьких компаний, и остатки акции были переданы другой.
Карамзин, защищая интересы канадского предпринимателя Марка Ричардса, выиграл у владельцев строительных компаний несколько арбитражных исков на общую сумму около 15 миллиардов рублей. По словам Карамзина, приводимым НГ, истинная цель провокации против него – развалить арбитражное дело Воронина и Копелева.

Стоит отметить, что, как сообщает издание «Свободная Пресса», план последних предполагал такие трансформации компании «ДСК-1», которые позволили бы уйти от долгов перед канадским инвестором, ранее признанных самим владельцем «ДСК-1» Копелевым. Успешные действия адвоката Карамзина разрушили эти планы и поставили под угрозу интересы фактически проглотившей «ДСК-1» компании ОАО ФСК «Лидер» отца и сына Ворониных, за которыми, как считают в предпринимательских кругах, и стоят люди из силовых структур, пишет СП.


Первый раз вот я пошла в СМИ, в четвёртую власть, потому что все поданные нами жалобы, то есть мы написали и уполномоченному по правам человека, и в генпрокуратуру, и в СК РФ, я лично относила жалобу, обращение Карамзина к Президенту Российской Федерации. Но то, что произошло вчера, я хочу сказать, что поразило даже видавших виды адвокатов…

Я. Розова― То есть вчера было заседание.

М. Громова― Да, вчера было заседание в Балашихинском суде Московской области,

было заседание о продлении сроков содержания под стражей Кантемиру свыше… до 6 месяцев. То есть изначально была заявлена цифра 6 месяцев 16 суток. Уже в ходе заседания ее, цифру, поправили, потому что свыше 6 месяцев там надо продлятся руководителем ГСО СК РФ по Московской области.
Поскольку этого согласования не было, цифру поправили до 6 месяцев.

Громова― Да, ощущение вчера… Да, я когда вышла, у нас прямое stream-вещание канал «Рупор Москвы». И я вышла и сказала, что ощущение такое, что я вот сейчас присутствовала на похоронах. То есть было вот такое ощущение. И я сказала, что если честно, первое, что мы хотели сделать вообще – это просто встать и уйти, потому что настолько это было все цинично.

То есть человек лежит, человек не отвечает, а судья продолжает вести процесс. Вот. Соответственно, ну, конечно, это вот ощущение, что да, мы видим, как человек умирает…

Я. Розова― В итоге… Я прошу прощения. Я просто боюсь…

М.

Громова― Да.

Я. Розова― … что мы не успеем рассказать вообще о сути дела.

М. Громова― Да.

Я. Розова― В итоге ему продлили.

М. Громова― Да, ему продлили сроки…

Я. Розова― То, что Вы сказали…

М.

Я не увидела никого…

Я опять вышла и решила, что надо пойти к председателю. Просто у меня такой боевой характер, и когда я вижу, что что-то не то. А вообще у нас заседания по мере пресечения, они должны проходить в открытом режиме, если только судья не скажет, что оно закрыто. Но у нас дело не об изнасиловании, не о сексуальных действиях, не терроризме. Поэтому закрытым его очень сложно на самом деле сделать. Поэтому я решила пойти к председателю и узнать вообще, что происходит.

Поскольку председатель был на этом этаже тоже, я пошла, двинулась в приемную.

Я. Розова― Но не удалось Вам в итоге? Я боюсь, что не успеете…

М. Громова― Не удалось…

Я. Розова― … рассказать всего.

М.

Громова― Да. И, в общем, да. В общем, меня не пустили. Короче говоря, заседание в итоге – да, – проходило фактически в закрытом режиме.

Поэтому, мы поняли, что что-то не то происходит. Когда её не пустили, она не ушла от СИЗО. Она продолжал там стоять. Там очень маленькое оно само по себе СИЗО. Там видно, как машины вот эти автозаки въезжают. Она отзвонилась мне и сказала, что за все это время, до 12 часов она находилась, выехали две машины.

Одна уехала в сторону Сергиева Посада. Она сказала, что это, скорее всего, на суд людей повезли. 2-я уехала в сторону Москвы. Поскольку больше машин не выезжало, с учётом того, что заседание было назначено на 2, еще надо было доехать до Балашихи, то соответственно надо сделать вывод, что именно та машина, которая поехал в сторону Москвы, это и была машина…

Я. Розова― С Карамзиным.

М. Громова― С Карамзиным.

Да. Поэтому она мне отзвонилась, подтвердила, что его вывезли. Соответственно мы выдвинулись в Балашиху. И до последнего момента…

Я.

Так, арестованного, который страдает сахарным диабетом, лишили лекарств, не давали еду, лишали сна, а в камеру к нему поместили двух уголовников. Медицинская помощь, необходимая человеку, больному сахарным диабетом, Карамзину не оказывалась. В СМИ публикуются также свидетельства Карамзина о том, что по нескольку раз на день в его камере устраиваются обыски с полным раздеванием. Свидания с родными запрещены.

В своем открытом обращении к Владимиру Путину Карамзин объясняет происходящее с ним тем, что он встал на пути финансовых интересов генерала ФСБ Алексея Дорофеева, который связан с владельцами московских компаний-застройщиков ФСК «Лидер» и «ДСК-1» Владимиром Ворониным и Владимиром Копелевым.

Комментарии 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *